Чтиво номер 14
Много всего прочлось за отчетный период, не знаю, успею ли обо всем. Вот и «Альтист Данилов» у меня еще с прошлого раза остался. Собственно книгу я читала давным-давно, когда она еще не книжкой была, а Новым миром, восторженно открывала мир первых советских демонов и восхищалась писателем Орловым. О том, что в детстве я жила на Аргуновской улице, а ближайшая ко мне остановка автобусов 76-го и 85-го была на улице Цандера, я вообще помалкиваю. Теперь вот слушала аудиокнигу, пыталась понять, не устарел ли. Устарел! Такой милый, задрипанный, вышедший из обращения, сошедший с дистанции хит, магический реализм застойных советских 80-х. Слушала я, слушала, скучала себе и скучала: былые восторги не возрождались, зато на горизонте неторопливо разворачивалась тоскливая история быка Мигуэля. Она-то и доконала меня окончательно, и Левка в результате дослушал без меня. Вообще непонятно, что бы я без Левки делала – он и «Бег зайца по полям» Жапризо героически дослушал, а это еще большее занудство. Откуда я взяла, что Жапризо пишет интеллектуальные детективы, и где именно таится интеллект в этом унылом боевичке?
Короче, страдаю я от собственной привередливости и казалось бы – поделом. Но нет! Нет правил без исключений – и вот в один прекрасный день Левка говорит: погляди, что я нарыл – про автора слыхом не слыхивал, но что тебе понравится, знаю точно. И! В течение двух недель не было у меня большей радости, как постоять где-нибудь в пробке и послушать книгу А. Червинского «Шишкин лес». "Шишкин лес" - история четырех поколений семьи Николкиных, во многом прозрачно совпадающая с историей другой, известной всей России семьи. Остросюжетная канва держит читателя в постоянном напряжении, драматургия полна неожиданных извивов, типажи и коллизии вызывают редкое нынче желание сопереживать – гласит краткая аннотация, и она права. А вот и ругательная рецензия – но по мне так зря они кипятятся. Единственная у меня претензия к автору – довольно серьезные нестыковки в сюжетно-временной канве повествования. Надо бы этому Червинскому письмо написать, да лень. А читает Вениамин Смехов – боже мой, как же хорошо читает! Короче, восторженная рекомендация от меня налицо, если чего не так –готова ответить головою расфрендивайте нафиг.
И еще один восторг – «Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро. Этот самый британский на свете японец так поразил меня в свое время «Остатком дня», что я была готова идти и скупать все подряд его книги. Однако следующий роман, «Когда мы были сиротами», не прокатил совсем, хоть я честно эту чернуху дочитала. Следующий роман - толстых «Безутешных» - и пытаться не стала, ибо никто из моих друзей-знакомых вообще ниасилил, но зато этот последний роман – шедевр, не хуже «Остатка дня», а может и лучше. Глубокая и пронзительная книга. Такой же ежеминутный подтекст, что и в первом романе, а если подумать, то даже темы немного смыкаются. Я рада, что Исигуро снова пишет шедевры - люблю, когда можно обожать писателя и ждать выхода каждой следующей книги.
Луи Басс, "Роскошь изгнания". Вот тоже хоть и не гениальная, но очень хорошая книга, типично английская притом. Про ихнего лишнего человека. Сегодня мне везет на правильные аннотации: "Необыкновенно увлекательная книга. Занимательный сюжет, яркая прорисовка психологических типов. Отточенный язык, убедительные диалоги, запоминающиеся образы - и восхитительный мягкий юмор в каждой строчке" – все это чистая правда. И, добавим, конец убедительный – а то сколько бывает хорошо написанных книг с провальным концом. А то и вообще, страшно сказать, плохой литературы.
И вот, поговорим теперь о грустном. Люди, за что вы любите этого Переса, который Реверте? В свое время я имела глупость начать знакомство с творчеством сего писателя с «Капитана Алатристе» - и то был вообще какой-то жалкий детский сад. Но тут оказалась, что это вещь неудачная и судить по ней нельзя. И тогда я, как дура, подрядилась на "Фламандскую доску" – вроде считается одним из лучших романов. Ну, бравому-то капитану эта доска действительно сто очков вперед даст, но по сравнению с общим уровнем прозы, которую я обычно читаю, она, честно сказать, занудное убожество. Сюжет хоть и неестественнен, но вроде ничего закручен, и истории-искусствоведения понапихано выше крыши – но написано хреново донельзя. Язык убогий, описания пошловато-банальные, что бывает такая вещь как подтекст, автор, видимо, слыхом не слыхивал: любой намек, случайно появившийся в тексте, непременно разжевывается в следующем абзаце. Зато высоким и пафосным штилем автор выражаться силен: То была партия с большой буквы, великая игра всей моей жизни. И твоей тоже. Потому там было все, принцесса: шахматы, приключение, жизнь и смерть. Ты должна была сыграть в шахматы, Хулия, это было неизбежно. Ты должна была убить нас всех, чтобы наконец стать свободной… Неудивительно, в свете таких заявочек, что бедняжка Хулия нервно курит в сторонке чуть ли не на каждой странице романа. А в сети куда ни глянь – сплошь восторженные отзывы: Впечатляющий запас знаний об искусстве, умение все эти знания искуссно вплести в нить повестования - вот что отличает для меня настоящего художника от интеграторов типа Дена Брауна или присловутого Пауло Коэлье. В общем - его книги - неповторимая инциклопедия знаний, которые не навязываются вам, а нежно и трепетно встраиваются автором в нить повествования. Ну ладно, положим, я тут немножко мухлюю, пытаясь создать впечатление, что хвалебные отзывы написаны неграмотными инциклопедистами, грамотные хвалебные тоже есть и их больше, чем ругательных. Но зато на моей стороне
dimrub и avva: согласна и еще раз согласна. Френдов надо уметь выбирать, хо-хо.
Однако увы, это еще не самое грустное, а есть еще грустнее. Мрачно отписав по поводу Улицкой и ее Даниэля Штайна в прошлом обзоре, сижу я тут в ЖЖ и наблюдаю картину, что нравится это произведение людям, в том числе и израильтянам. Ну и ладно, думаю, на вкус и цвет, в конце концов. Но вот прочел и Левка, и написал свое мнение, примерно совпадающее с моим, но как всегда, более точно выраженное словами. И тут вдруг выясняется, что совсем мы прохлопали одну важную деталь, не ушедшую от внимания более наблюдательных читателей. Заметили ли вы, кто именно убил Даниэля? Думали, просто несчастный случай, машина старая была, да? Ан нет! Помните ли вы ту статью, где описано, как злобный поселенец Гершон Шимес производит обряд пульса-де-нура и... Каббалисты представляли себе это проклятие как удар огненным копьём, на которое нанизаны кольца огня. Хотелось бы знать, на кого обрушится очередной «удар огнём»? - вопрошает статья. После чего Даниэль погибает в огне. Прямо почти что иудеи распяли Христа. Красивый ход, не правда ли? Ну уж больно подлый, если честно.
Люди, вам и теперь, после этой подсказки, нравится роман Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик»? А мне таки охота все ее книги из дома повыкидывать до кучи.
Короче, так разволновалась, что про Акунина в этот раз не успеваю. Ждите дальнейших эмоциональных атчотов - к счастью, не скоро.
ПС Зато забацала сводный пост для своих чтивных отчетов:
http://sova-f.livejournal.com/56612.html
Зачем, правда, не знаю, но если он существует - значит, наверное, кому-нибудь нужен.
Короче, страдаю я от собственной привередливости и казалось бы – поделом. Но нет! Нет правил без исключений – и вот в один прекрасный день Левка говорит: погляди, что я нарыл – про автора слыхом не слыхивал, но что тебе понравится, знаю точно. И! В течение двух недель не было у меня большей радости, как постоять где-нибудь в пробке и послушать книгу А. Червинского «Шишкин лес». "Шишкин лес" - история четырех поколений семьи Николкиных, во многом прозрачно совпадающая с историей другой, известной всей России семьи. Остросюжетная канва держит читателя в постоянном напряжении, драматургия полна неожиданных извивов, типажи и коллизии вызывают редкое нынче желание сопереживать – гласит краткая аннотация, и она права. А вот и ругательная рецензия – но по мне так зря они кипятятся. Единственная у меня претензия к автору – довольно серьезные нестыковки в сюжетно-временной канве повествования. Надо бы этому Червинскому письмо написать, да лень. А читает Вениамин Смехов – боже мой, как же хорошо читает! Короче, восторженная рекомендация от меня налицо, если чего не так –
И еще один восторг – «Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро. Этот самый британский на свете японец так поразил меня в свое время «Остатком дня», что я была готова идти и скупать все подряд его книги. Однако следующий роман, «Когда мы были сиротами», не прокатил совсем, хоть я честно эту чернуху дочитала. Следующий роман - толстых «Безутешных» - и пытаться не стала, ибо никто из моих друзей-знакомых вообще ниасилил, но зато этот последний роман – шедевр, не хуже «Остатка дня», а может и лучше. Глубокая и пронзительная книга. Такой же ежеминутный подтекст, что и в первом романе, а если подумать, то даже темы немного смыкаются. Я рада, что Исигуро снова пишет шедевры - люблю, когда можно обожать писателя и ждать выхода каждой следующей книги.
Луи Басс, "Роскошь изгнания". Вот тоже хоть и не гениальная, но очень хорошая книга, типично английская притом. Про ихнего лишнего человека. Сегодня мне везет на правильные аннотации: "Необыкновенно увлекательная книга. Занимательный сюжет, яркая прорисовка психологических типов. Отточенный язык, убедительные диалоги, запоминающиеся образы - и восхитительный мягкий юмор в каждой строчке" – все это чистая правда. И, добавим, конец убедительный – а то сколько бывает хорошо написанных книг с провальным концом. А то и вообще, страшно сказать, плохой литературы.
И вот, поговорим теперь о грустном. Люди, за что вы любите этого Переса, который Реверте? В свое время я имела глупость начать знакомство с творчеством сего писателя с «Капитана Алатристе» - и то был вообще какой-то жалкий детский сад. Но тут оказалась, что это вещь неудачная и судить по ней нельзя. И тогда я, как дура, подрядилась на "Фламандскую доску" – вроде считается одним из лучших романов. Ну, бравому-то капитану эта доска действительно сто очков вперед даст, но по сравнению с общим уровнем прозы, которую я обычно читаю, она, честно сказать, занудное убожество. Сюжет хоть и неестественнен, но вроде ничего закручен, и истории-искусствоведения понапихано выше крыши – но написано хреново донельзя. Язык убогий, описания пошловато-банальные, что бывает такая вещь как подтекст, автор, видимо, слыхом не слыхивал: любой намек, случайно появившийся в тексте, непременно разжевывается в следующем абзаце. Зато высоким и пафосным штилем автор выражаться силен: То была партия с большой буквы, великая игра всей моей жизни. И твоей тоже. Потому там было все, принцесса: шахматы, приключение, жизнь и смерть. Ты должна была сыграть в шахматы, Хулия, это было неизбежно. Ты должна была убить нас всех, чтобы наконец стать свободной… Неудивительно, в свете таких заявочек, что бедняжка Хулия нервно курит в сторонке чуть ли не на каждой странице романа. А в сети куда ни глянь – сплошь восторженные отзывы: Впечатляющий запас знаний об искусстве, умение все эти знания искуссно вплести в нить повестования - вот что отличает для меня настоящего художника от интеграторов типа Дена Брауна или присловутого Пауло Коэлье. В общем - его книги - неповторимая инциклопедия знаний, которые не навязываются вам, а нежно и трепетно встраиваются автором в нить повествования. Ну ладно, положим, я тут немножко мухлюю, пытаясь создать впечатление, что хвалебные отзывы написаны неграмотными инциклопедистами, грамотные хвалебные тоже есть и их больше, чем ругательных. Но зато на моей стороне
dimrub и avva: согласна и еще раз согласна. Френдов надо уметь выбирать, хо-хо. Однако увы, это еще не самое грустное, а есть еще грустнее. Мрачно отписав по поводу Улицкой и ее Даниэля Штайна в прошлом обзоре, сижу я тут в ЖЖ и наблюдаю картину, что нравится это произведение людям, в том числе и израильтянам. Ну и ладно, думаю, на вкус и цвет, в конце концов. Но вот прочел и Левка, и написал свое мнение, примерно совпадающее с моим, но как всегда, более точно выраженное словами. И тут вдруг выясняется, что совсем мы прохлопали одну важную деталь, не ушедшую от внимания более наблюдательных читателей. Заметили ли вы, кто именно убил Даниэля? Думали, просто несчастный случай, машина старая была, да? Ан нет! Помните ли вы ту статью, где описано, как злобный поселенец Гершон Шимес производит обряд пульса-де-нура и... Каббалисты представляли себе это проклятие как удар огненным копьём, на которое нанизаны кольца огня. Хотелось бы знать, на кого обрушится очередной «удар огнём»? - вопрошает статья. После чего Даниэль погибает в огне. Прямо почти что иудеи распяли Христа. Красивый ход, не правда ли? Ну уж больно подлый, если честно.
Люди, вам и теперь, после этой подсказки, нравится роман Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик»? А мне таки охота все ее книги из дома повыкидывать до кучи.
Короче, так разволновалась, что про Акунина в этот раз не успеваю. Ждите дальнейших эмоциональных атчотов - к счастью, не скоро.
ПС Зато забацала сводный пост для своих чтивных отчетов:
http://sova-f.livejournal.com/56612.html
Зачем, правда, не знаю, но если он существует - значит, наверное, кому-нибудь нужен.